Очередное последнее слово Алексея Навального* (конспект)

Прения сторон состоялись 15 марта 2022 года на суде в покровской ИК-2. Прокуратура запросила 13 лет строгого режима. Подсудимый Алексей Навальный выступил с последним словом. Поскольку видеотрансляция последнего слова постоянно прерывалась на слове [специальная военная операция], текст восстановлен по рукописному конспекту, который можно было вести в зале заседания.  

Подсудимый Навальный, вам предоставляется последнее слово. Если б мне платили каждый раз, когда я слышу эту фразу, я бы, наверно, был бы очень богатым человеком. И это уже, конечно, даже несмешно, что так много последних слов. Если слово последнее, то почему он не закрывает рот и говорит, говорит, говорит? Я, честно говоря, даже не думал говорить это последнее слово. Сколько можно его говорить? Но есть одна удивительная вещь. Когда заявляют о ликвидации магазина, все в него начинают заходить. Последнее слово – это что-то, что будет услышано немножко больше.

Поэтому я скажу последнее слово. И начать я хочу с того, чтобы отметить: по сути это диалог меня и моих товарищей и власти. Мы говорим: «Мы делаем это». – «Ну и пожалуйста, – нам говорят, – мы делаем то». – «А мы вот так». – «А вы теперь экстремисты».

Я готов сделать объявление для тех, кто считает, что борьба с коррупцией заглохнет, прекратится, замедлится, придет в упадок от того, что я уйду на долгое время. Нет. Вы, может быть, надеетесь, что так ужаса нагоните этим приговором. Нет. Фонд борьбы с коррупцией** станет глобальной международной организацией. При этом, конечно, будет фокусироваться на ворах Кремля. Тем не менее он станет больше, станет сильнее, будет делать больше видео, будет делать больше расследований. Разворошит еще больше людей, которые решают судьбу нашей страны. Поэтому фонд будет только развиваться.

Что касается этого процесса. Он очень сильно отличатся от всех. Но, конечно, совсем не процессуальными вещами и не тем, что проходит в тюрьме. При всем уважении, вам не удалось побить рекорд того, что было в Химкинском суде: я сидел, а надо мной висели портреты Ежова, Ягоды… Особенность в том, что никого не заинтересовало это дело. На фоне войны*** это менее интересно. Время для процесса специально выбрано администрацией президента. Потому что происходит война. Все думают по-другому. Обсуждают эту войну. Любой, даже самый абсурдный процесс, теряется на фоне абсурдности этой войны. И это взаимосвязанные вещи.

Мне тяжело воспринимать новости. Это очень личное. Детство я провел в военном городке, а на лето уезжал в Чернобыль. Сейчас я слышу названия знакомых мест в контексте того, что там идут боевые действия. Это дичь. Там, где жила бабушка, в войну не шли бои, а сейчас идут. Пройдут годы. Это будут места боевых действий Русско-украинской войны. Я возвращался в военный городок. Там была расположена Таманская дивизия. Сейчас она воюет в Украине. Дети военных становятся военными. Все стали военными, кто был в моей школе. Какие-то люди из моей школы сейчас горят в танке, стреляют в других людей. Кто-то сидит под бомбами. Я чувствую эту трагедию, ощущаю, как они молятся в ужасе. Я эту молитву чувствую.

Почему это случилось? Нам рассказывают по телевизору, что в украинских городах возвращают советские названия улиц. Люди гибнут, горят под бомбами, чтобы была улица Розы Люксембург? Я уважаю Розу Люксембург, но, может быть, есть другие способы переименовывать улицы? Мелитополь бомбят. Кто это устроил? Для чего это все? Это известный праздник – война все спишет. Вот для чего это устроено. Убитые, оторванные руки и ноги, плачущие дети. Чтобы кучка бандитов все списала. Чтобы все всё забыли. Сидишь 22 года у власти и уже поднадоел. Уже не только выросли дети, родившиеся при тебе, но уже растут их дети. Для того, чтобы отвлечь от этого, нужна маленькая победоносная война. Мы боремся с бедностью, но не побеждаем ее. Зачем об этом думать, когда есть маленькая победоносная война? Наблюдение на выборах закончилось, но этого никто не замечает. СМИ закрыты. Война все спишет. Все провалы. Наш класс носил имя Юрия Гагарина. Мы гордились. Мы были первые. А сейчас мы ни первые, ни вторые, ни третьи.

У России украли ее золотое время. Двухтысячные годы – врагов нет, войн нет, потрясений нет. Денег – море. Население образованное. Все хорошо. Россия должна была развиваться, вступить в ЕС. Какая картина сегодня возникает, когда говорят «российский пенсионер»? Человек, который покупает просроченные продукты. Почему он не путешествует по миру? У нас было все для того, чтобы иметь нормальный уровень жизни. Он достижим. У всех было много проблем, взять ту же Прибалтику. Если сравнить нашу экономику и любую европейскую экономику. У нас было все, для того чтобы так жить, и мы ничего не получили. Огромный поток нефтедолларов, но с 2013 года реальные доходы падают. И падают каждый год. Единственный рейтинг, где мы движемся вверх, количество миллиардеров. За время пандемии наши миллиардеры заработали дополнительные миллиарды рублей. Деньги присваивает тысяча путинских семей. Они присвоили себе наше будущее, наше настоящее.

Экономисты говорят про потерянное десятилетие. Это мы потеряли? Шли по дороге и выронили из кармана десятилетие? Нет. Это украденное десятилетие. И мы знаем фамилии тех, кто его украл. Это фигуранты наших расследований. Они сделали конкретные вещи, они расхитили конкретные предприятия. У них есть яхты, счета. Этот шанс навсегда потерян. Война нужна, чтобы заткнуть рты тех, кто может говорить, и уши тех, кто готов был услышать это.

Война затевалась как маленькая и победоносная. Все думали, да мы живем бедно, но зато у нас армия. Но эти деньги даже в армию не пошли. Потери больше, чем в Афганистане. Сегодня должен быть совсем другой тип войны. Но армия не может развиваться, если министр обороны – вор, если президент – вор.

Война определяет многое, но я боюсь, что последствия будут не такие, какие хотел Путин – война все оправдает. Население поумнеет. Боюсь, что последствием будет распад нашей страны. Еще недавно я горделиво говорил своим адвокатам, когда начинался процесс 15 февраля, что все, кто считает, что будет война с Украиной, они сумасшедшие. Этого не может быть никогда. Люди у власти – алчные, злобные, безжалостные, тупые и сумасшедшие. Они ничего не понимают. Им не жалко ничего. В последнюю очередь им жалко нашу страну. Их родина – их швейцарские счета.

Каждый из нас должен вносить свой вклад. Долг каждого человека сейчас бороться с войной. Потому что сказано: миротворцы будут наречены сынами божьими. Я надеюсь, таких будет больше. Что делать более конкретно, чем просто стоять с плакатом? Лично мне ответ на этот вопрос дает один великий наш соотечественник, которому я часто смотрю в глаза во время этого процесса при интимных обстоятельствах. Минимум четыре раза в день, сейчас восемь раз в день, меня раздевают догола в кабинете русского языка и литературы, чтобы проверить мою одежду металлоискателем. Рядом стою голый я и смотрю на стену. А из стены на меня смотрит Лев Толстой – великий русский человек, который много говорил о духовности. Много сказал правильных вещей, одну из них он записал в своем дневнике: «Война – произведение деспотии. Деспотия производит войну. Те, кто хочет бороться с войной, должны бороться с деспотией».

 

* Признан экстремистом.

** Признан экстремистской организацией.

*** Специальная военная операция.

 

Фото: AP

12 февраля 2019 года Минюст РФ принудительно внес Общероссийское общественное движение "За права человека", РООССПЧ "Горячая Линия" и Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента»
1 ноября 2019 года решением Верховного суда РФ Движение "За права человека" было окончательно ликвидировано.
Помочь борьбе за права человека в России

Проект «За права человека» занимается самыми острыми темами: от пыток и сфабрикованных обвинений по терроризму и экстремизму, до протестов и экологических проблем. Мы помогаем людям объединяться и доносить до властей свои требования и вопросы. Без вашей поддержки мы работать не сможем.