Лев Пономарёв об итогах прошлого года: «Нашим успехом является то, что нашу организацию закрыли»

24 марта готовится к перевыпуску газета НОО «За права человека».  Специально для этого председатель НОО «За права человека» Лев Пономарёв   рассказал об итогах прошлого года,  о наиболее  резонансных делах, которыми занималась организация поделился планами по дальнейшему развитию НОО «За права человека».

Скажите, пожалуйста, чего удалось добиться НОО «За права человека» за прошлый год? Какие, по Вашему мнению, у организации были успехи?

Я бы сказал, что нашим успехом является то, что нашу организацию закрыли. Это выглядит, конечно, нелепо, но, наверное, власть так «оценила» нашу работу, что в общем-то поняла:  она не может выполнить наш требования защиты целых групп населения, поэтому лучше нас закрыть, воспрепятствовать нашей работе. Движение «За права человека» было, к сожалению, в 2019 году  ликвидировано, то есть было лишено юридического адреса. Мы пытались сопротивляться. Всё было сделано вне рамок закона, потому что, по законодательству РФ и по пленуму Верховного суда РФ, общественную организацию ликвидируют только  в том случае, когда она реально  опасна обществу и государству, то есть когда она представляет опасность для граждан России и столь радикальна, что государство также действует против неё радикальными способами. Во время суда мы прямо спрашивали у представителей Минюста, действительно ли наша организация  представляет угрозу  обществу, на что получили отрицательный ответ. Нас  ликвидировали, потому что  якобы были неправильно составлены документы. Мы их меняли, снова несли в Минюст, а нам снова говорили, что мы не отчитались. Потом мы снова меняли и снова несли в Минюст. Когда мы  три или четыре раза их туда принесли, они нас ликвидировали со словами: «Вы не сумели представить  Министерству  юстиции отчёт о деятельности Вашей организации в соответствии с законом». Сначала суд первой инстанции в Верховном суде проиграли, потом также проиграли апелляцию, и стало ясно, что ликвидация ООД «За права человека» — это заказ. Сейчас мы судимся в рамках надзорного производства и будем обращаться в ЕСПЧ.

Теперь по поводу успехов.  За что же нас ликвидировали? За то, что  мы занимались очень важными и резонансными делами. Благодаря нам, эти дела стали широко известными. Вот, например, дело «Сети» — это организация, которую признали террористической. Признательные показания из фигурантов дела выбивали  под пытками. Следствие шло в Пензе и в Санкт-Петербурге. Мы придали огласку этому делу на всю страну — вот наш успех здесь. Мы способствовали созданию, возможно, первого в этой стране объединения родителей в защиту своих детей-политзаключённых, так называемой «Родительской Сети». Мы способствовали проведению пресс-конференций с их участием, созданию публикаций, финансировали адвокатов для  политзаключенных. Благодаря известности дела «Сети»,    сотни  граждан  высказались за его прекращение, хотя борьбы до сих пор продолжается.

Также к нам обращались Свидетели Иеговы (организация запрещена в РФ) , их дела также резонансные.  Их организацию признали экстремистской, верующих стали преследовать в том числе и уголовным образом, чего  не случалось  со времён  распада СССР. К сожалению, всё это продолжается. Более того, Свидетелей Иеговы пытают. Мы старались предотвратить такие правонарушения и максимально привлечь внимания к этой проблеме, даже обращались к УПЧ РФ несколько раз. Нам удалось расследовать пытки и доказать, что они были.

Третье резонансное дело — это дело,связанное с преследованием исламской организации Хизб ут-Тахрир (запрещена в РФ), которая была признана террористической в 2003 году, но никакого отношения к терроризму не имела. Участники этой организации не готовили теракты и не участвовали в них, тем не менее их сейчас преследуют чудовищным образом. Им дают сроки до 24 лет. Мы очень много занимаемся этим  делом, пытаемся привлечь внимание общества, добиваемся прекращения уголовных дел и отмены решения Верховного суда 2003 года.

По всем трем резонансным направлениям мы являемся реальными оппонентами ФСБ, они и добились ликвидации ООД «За права человека». Сейчас наша организация переформатировалась. Она работает без регистрации юридического лица, у нее новое название: Национальная общественная организация «За права человека».

Что для Вашей организации  было самым трудным в 2019 году?

Трудности, конечно, были. Особенно с они связаны с тем, что нашу организацию лишили  юридического лица. Были и постоянные провокации против нашей организации: пропагандисты с НТВ снимали фильмы, не знаю, сколько их было сделано в течение 2019 года, знаю, что фильм «Грантоеды» появился, может, быть ещё какие-то были. В них Движение обвинялось в том, что  оно получает большие деньги из-за границы, хотя у нас был всего лишь один грант  от Комитета ООН по пыткам. Его мы получали в течение нескольких лет.  В добавок в 2019 году мы были лишены грантовой поддержки в России, несмотря на то, что мы восемь лет  мы получали президентские гранты и отчитывались, и успешно работали. Преследовали нас и коммунальные службы. нас лишили электричества, и мы девять месяцев работали с помощью дизельного генератора. Это были большие неудобства, но, к счастью,  с января мы сняли новое помещение. Плюс, когда мы участвуем в каких -либо акциях, вокруг нас собираются провокаторы.

-Помимо того, что Вашу организацию ликвидировали как юридическое лицо, какие ещё большие потери понесла НОО «За права человека в прошлом году? 

Мы стали получать меньшее финансирование, мы живем, в значительной мере, на сборы средств от частных лиц.   Также  В 2019 году исполнился год  со смерти  Евгения Ихлова. Он был одним из учредителей Движения, редактировал газету  и был блестящим оппозиционным журналистом. Мы, конечно приспособились жить без него, но нам его сильно не хватает.

-К Вам регулярно обращаются  граждане, права которых в той или иной мере были нарушены государством.  Каких правонарушений, если судить по этим обращениям, на Ваш взгляд стало больше в 2019 году? Против кого репрессивная машина работает активнее: против политически преследуемых, против заключённых,  против предпринимателей или против тех, кому подбрасывают наркотики?

Кого мы больше сейчас защищаем:  обычных граждан или людей, которые пошли против системы и которых можно назвать политическими заключёнными? Я должен сказать, что, вообще говоря, ситуация здесь не очень простая, потому что политическим заключённым можно назвать не только оппозиционера, выступающего против режима, каковыми являются, например, фигуранты «Московского дела», но и любого, попавшего под путинскую машину репрессий. В особенности если этот человек является «не таким» , по мнению власть придержащих. Например, Свидетели Иеговы. До конца не понятно, почему их так жестко преследуют. Главная причина, возможно,  — помеха для РПЦ, которая борется за души россиян, мнит себя монополистом на веру. Именно она считает Свидетелей Иеговы своими основными конкурентами. А может, преследование Свидетелей Иеговы -это традиция, оставшаяся от СССР. Ведь до сих пор в следственных органах и в ФСБ работают те, кто когда-то был связан с КГБ. К тому же они делают себе карьеру. Для них чем больше заключённых, тем больше звёздочек на погонах.  То же самое происходит и с Хизб ут-Тахрир. Всех их и ПЦ «Мемориал» (признан Минюстом иностранным агентом) признал политическими заключёнными. Но есть люди, которые таковыми не признаны. Например, предприниматели. Они, может, быть и политикой особо не интересовались, но когда государство приняло участие в рейдерском захвате их бизнеса, они становятся его жертвами. И я бы их назвал не политическими заключенными,  а жертвами  репрессивного политического режима. Это примерно так же, как в сталинские годы жертвами репрессий были  крестьяне.  Еще у к нем обращаются и простые уголовники, если они становятся жертвами произвола властей.

Большой круг жертв политического режима — это фигуранты дел, связанных с наркотиками.  Мы видим, что репрессивная политика по отношению к наркоманам перешла все границы, и у нас на треть колонии заполнены  молодыми людьми, которых, скорее всего, надо лечить от наркомании, но не держать за решёткой. Нередко происходит и так, что полицейские и следователи делают карьеру путём провокаций, подбрасывая наркотики и возбуждая уголовные дела по их распространению. Эта машина работает без остановки. Можно ли фигурантов дел о наркотиках считать политическими заключенными? Скорее нет,  они —  жертвы репрессивного политического режима. Правосудие работает прогрессивно и с нарушением закона.

Каковы дальнейшие планы по развитию Вашей организации?

Мы реорганизовали наше движение, к нам приходят новые люди  Мы активно занимаемся коалиционным строительством: объединяем активистов не только в рамах  нашей организации, способствуем созданию  новых структур, например,  связанных с деятельностью экоактивистов (ОГЭД  «Нам здесь жить»!). Можно сказать, что мы родители этого экологического движения.

12 февраля 2019 года Минюст РФ принудительно внес Общероссийское общественное движение "За права человека" и РООССПЧ "Горячая Линия" в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента»
1 ноября 2019 года решением Верховного суда РФ Движение "За права человека" было окончательно ликвидировано.