Кемеровское ФСБ кошмарит. Фермеров

Фермеры Татьяна и Сергей Тарасовы в разводе с 1998 года. Несмотря на разрыв супружеских отношений, они сохранили дружеские отношения и помогали друг другу в сельскохозяйственном бизнесе. В 2016 году на Татьяну завели уголовное дело о мошенничестве за покупку тракторов у бывшего мужа. Суд посчитал, что фермеры находятся в «фактически брачных отношениях». А знакомый Сергея Тарасова Валерий Прокопьев получил условный срок за то, что отказался оговаривать его.

Защитой предпринимателей много лет занимались юристы организации «За права человека» Льва Пономарева. Именно они и организовали журналистам СОТЫ командировку в Кемеровскую область, чтобы выяснить обстоятельства дела и оказать фермерам информационную поддержку.

Сергей Михайлович Тарасов был главой администрации Тисульского района Кемеровской области: возможно, это и повлияло на дальнейшее преследование сотрудниками ФСБ его близких и коллег. Или то, что в 2009 году Тарасову стали поступать предложения от холдинга «Сибирский деловой союз» о продаже земель, находящихся в его собственности.

Рыночная стоимость тысячи гектаров составляла около 17 миллионов рублей, но директор холдинга Федяев предложили Тарасову всего миллион. Сергей отказался, и за это ему пообещали проблемы.

Соседом по даче Федяева является Валерий Догадов на тот момент был заместителем начальника УФСБ по Кемеровской области, который и подписывал оперативно розыскные мероприятия по Тарасовой Татьяне Леонидовне и по Прокопьеву Валерию Геннадьевичу. Проблемы начались.

Мы расскажем о том, как отнимают земли у фермеров, и почему даже после признания человека виновным силовые структуры продолжают преследовать осужденных предпринимателей Кемеровской области.

Татьяна Тарасова

Именно во время интервью с Тарасовыми в помещение, где планировалась встреча, пришли сотрудники ФСБ, а на утро — полиция в поисках корреспондентов СОТЫ.

С 2000 года Татьяна Тарасова была индивидуальным предпринимателем, главой крестьянско-фермерского хозяйства в Тисульском районе и входила в пятерку крупнейших сельхозтоваропроизводителей Кемеровской области. Чистая прибыль ее хозяйства за 2016 года составила 42 миллиона рублей, а потом сотрудники ФСБ завели на Тарасову уголовное дело.

Татьяна Тарасова

Для развития хозяйства нужны были средства. Как и все фермеры, Татьяна брала кредиты для покупки необходимой техники, молочного оборудования и элитных семян. По словам Тарасова, женщина всегда выплачивала кредиты в срок и проблем с банками у нее не было.

В 2009 году Тарасова купила 2,5 тысячи гектаров земли, и для ее обработки понадобилась дополнительная техника. Тогда Тарасова приобрела 10 единиц техники: 4 — за собственные средства, а на остальные 6 денег не хватало. Тарасова взяла кредит и купила эту технику у своего бывшего мужа, с которым была в разводе более 22 лет. По словам Сергея, это нормальная практика: фермеры часто покупают друг у друга необходимое оборудование и помогают в бизнесе.

Чтобы купить тракторы у Тарасова, Татьяна взяла инвестиционный кредит в «Россельхозбанке» и досрочно закрыла его в 2015 году, а в марте 2016-го сотрудники УФСБ Кемеровской области завели на нее уголовное дело. Татьяну обвинили в том, что она мошенническим путем оформила и получила субсидии из федерального и областного бюджета. По кредиту на 6 тракторов Тарасовой как сельхозтоваропроизводителю были выплачены субсидии по возмещению части процентной ставки по кредиту кемеровским Минсельхозом.

Сначала Тарасова наняла адвоката из Кемерово, но та предлагала пойти на досудебное соглашение, объясняя, что оправдательного приговора не будет, ведь дело завела ФСБ. Поэтому Татьяна взяла другого адвоката, из Москвы.

В марте 2017 года Тарасова получила утвержденное первым зампрокурора Кемеровской области, Сыроватко, обвинительное заключение. На вопрос Татьяны, почему оно такое большое старший помощник прокурора области Загребельный ответил: «А я откуда знаю? Кто его читал? Что следователь написал, то мы вам и даем».

Сергей Тарасов считает, что дело завели, потому что одному крупному кемеровскому агрохолдингу понадобились земли, которые Татьяна пыталась оформить в течение трех лет. Ранее эти земли уже были брошены холдингом, но оформить их себе Татьяне не давали под разными предлогами, хотя забрать их предлагал начальник управления с/х Тисульского района Анатолий Горенский. Татьяна обрабатывала эти земли, но они были у нее в аренде.

— Тулеев неоднократно говорил, что кто землю обрабатывает, тот и имеет преимущество при ее оформлении, — процитировал бывшего губернатора области Тарасов. — Но в жизни, к сожалению, не так.

В 2017 году Татьяне предъявили обвинение, уголовное дело передали в Тисульский районный суд, а те спорные земли, которые Татьяна уже засеяла озимой пшеницей, перешли агрохолдингу.

Судебное разбирательство началось с марта, и когда суд дошел до стадии прений, судья ушла в отставку. По словам Тарасова, она рассказала, что ее принуждали выдать обвинительный приговор.

Вторая судья взяла самоотвод, а третья взялась за дело, и 2 июля 2018 года оправдала Тарасову. Прокуратура сразу же подала апелляционную жалобу. По итогу дело вернули в первую инстанцию, но, по словам Тарасова, судьи отказались рассматривать дело, потому что не видели в действиях Тарасовой преступления. Так из Тисульского районного суда дело вновь отправили в областной на изменение территориальной подсудности.

В мае 2019 года уголовное дело мое начали рассматривать в Тяжинском районном суде. Его председатель, Наталья Кравченко, взялась за дело Тарасовой.

Сергей рассказал, что попутно Татьяна записалась на обследование в кемеровском кардиологическом центре. В один момент в клинику прислали сотрудников ФСБ, и после беседы с ними заведующий отделением попросил Тарасову покинуть лечебное учреждение. После этого Татьяне выбрали меру пресечения в виде подписке о невыезде. Ранее женщину ограничивали обязательством о явке.

За время судебного разбирательства Тарасова была вынуждена распустить свое хозяйство. «Короче говоря, осталась одна на пенсии у разбитого корыта», — объяснил Тарасов.

2 июля 2020 года., ровно через два года после оправдания, Татьяне огласили обвинительный приговор. Прокурор запросил пять лет колонии, при этом, по словам Тарасова, зачитал обвинительное слово прежнего прокурора, заменив там лишь срок. Предыдущий запрашивал четыре года условного и три испытательного срока. Тарасов также рассказал, что буквально через несколько дней после прений этот прокурор стал главным прокурором Тяжинского района.

Судья, которая дала Тарасовой пять лет условного срока с пятилетним испытательным, штраф в размере 500 тысяч рублей и требование возврата почти пяти миллионов рублей субсидии министерству, тоже получила повышение и ушла работать в восьмой кассационный суд.

Прокурор как-то проспал все заседание, и вместо него допрос проводила судья, сама бывшая прокурорша. Она же во время показаний свидетелей разговаривала по телефону, давая всем понять, что и их показания ей вовсе не интересны. Тарасова направляла жалобы, но получала сплошные отписки.

Когда заседания проходили в Тисуле, протокол, по словам Тарасовой, выдавался после каждого заседания, а в Тяжинском суде его выдали лишь после оглашения приговора. И, как оказалось, в нем были ошибки — отсутствовали записи четырех заседаний, а на протоколах еще шестнадцати заседаний отсутствовали подписи секретаря и председателя суда. Нарушения были признаны Кемеровским Областным судом неустранимыми, что само по себе уже влечет отмену приговора в целом. Но это ничего изменило.

Почему в начале текста мы указали, что фермеры Тарасовы находятся в разводе уже 22 года? Потому что суд признал Тарасову виновной в совершении мошенничества, так как, по мнению суда, она находилась со свидетелем по делу Сергеем Тарасовым в фактически брачных отношениях. В Семейном кодексе РФ отсутствует само понятие «фактически брачные отношения». Они могут быть установлены только с 1926 по 1944 год.

Сергей Тарасов

Сергей рассказал, что за последние семь лет его бывшая супруга потратила на благотворительность более 18 миллионов рублей. Она ремонтировала школьные кабинеты в поселке Тисуль, оказывала материальную помощь храму Иконы божьей матери Троеручицы. Много внимания уделяла детям с церебральным параличом. Татьяна, если можно так сказать, опекает 11 таких детей. Татьяна рассказала про двадцатилетнюю девочку Полину, фанатку Шойгу.

— Футболку хотела с Шойгу, нашли ей такую. Она очень довольна. Потом подарили кружку. С одной стороны Шойгу, с другой стороны Лавров. И она очень довольна, — рассказала о Полине Татьяна.

Тарасов заявил, что случай его бывшей супруги в области не единственный, но отличие в том, что Тарасова работает с московскими адвокатами.

В свидетели, говорят фермеры, брали кого ни попадя, среди них оказался даже местный торговец спиртным. В протоколе указано, что Тарасовы являются мужем и женой. Основное доказательство — Татьяна после развода оставила фамилию супруга.

Среди других аргументов, подтверждающих «фактически брачные отношения», у стороны обвинения есть данные о совместных поездках. Часть этих сведений Тарасова опровергла, сделав запросы в «Аэрофлот» и РЖД о том, бывала ли она на тех или иных рейсах. Документы есть в распоряжении редакции.

Доказательствами также являются совместные фотографии на сайте «Одноклассники» и прослушка от 2016 года, на которой Татьяна предлагает Сергею поесть суп.

Как и в случае с другими людьми, с которыми мы общались в Кемеровской области, Тарасов положительно отозвался о работе предыдущего губернатора Тулеева, в отличие от нынешнего, Цивилева. Напомним, что Аман Тулеев ушел в отставку после пожара в торговом центре «Зимняя вишня» в 2018 году.

— Кстати, — вспомнил Тарасов, — при Тулееве у нас День сельского хозяйства отмечался прекрасно. Нам давали такие шикарные подарки: дояркам денежное вознаграждение, мужикам порой машины, УАЗы. Давали даже технику, дорогостоящую, именно в подарок за то, что ты хорошо поработал. А сейчас вообще мы никому на фиг не нужны.

Все, что сейчас осталось у Тарасовой, это пенсия в 8 тысяч рублей, условный срок.

Валерий Прокопьев

Валерий Прокопьев всю жизнь занимался животноводством. 22 года проработал заведующим отделом животноводства в НИИ, кандидат сельскохозяйственных наук, в нулевых испытывал и исследовал западные технологии, а также внедрял их в хозяйство. С 2005 года Прокопьев работал с Сергеем Тарасовым. Он поставлял оборудование, проводил реконструкцию ферм.

Примерно в 2010 году Прокопьев работал заместителем директора в институте. К нему приехали сотрудники ФСБ, якобы проконсультироваться насчет оборудования, но в итоге перешли к вопросу о том, знает ли он Сергея Тарасова. На это Валерий ответил утвердительно.

— Так вот, слушай, он человек нехороший. Ты напиши, пожалуйста, что ты ему ничего не делал. Мы, говорит, его закроем, а я майора получу, — пересказал разговор с сотрудником ФСБ Прокопьев.

Лгать о Тарасове Прокопьев отказался, поскольку, действительно, делал для него поставки: «Ты будешь ходить майором, Тарасов будет сидеть, а я тут, извините, в дерьме лазить буду?».

После банкротства одной из ферм, куда Прокопьев поставлял оборудование, он занялся поставками и оснащением фермы в Тяжинском районе. Так вышло, что она получила субсидии, Валерий поставил оборудование, но не успел его смонтировать, так как владелец фермы вовремя не подготовил площадку. В 2014 году на владельца возбудили уголовное дело якобы за хищение субсидий, а Прокопьева вызвали свидетелем. По словам Валерия, никто субсидии не крал, ни владелец фермы, ни он. Вскоре из свидетеля Прокопьев стал пособником в незаконном получении субсидий.

Что важно: субсидии владелец фермы получил в 2012 году, однако в материалах делах присутствует прослушка Прокопьева от 2011 года, когда дело еще не было возбуждено. Во время разговора они обсуждали покупку оборудования.

Валерий рассказал, что 29 декабря 2015 года попал в больницу с сердечным заболеванием. Ему стало плохо, и сын вызвал ему скорую помощь. Прокопьева привезли в кардиоцентр, и туда же приехал следователь ФСБ по делу и начал оказывать давление на главного врача. По итогу, как и в случае с Тарасовой, врачам не дали провести полное обследование, и мужчину выписали из больницы в плохом состоянии.

— Когда я пришел на допрос, мне опять стало плохо. Мне еще надо маленько полежать было. Вызвали врача. Давление до 170 поднялось. Врач поставил укол в кабинете, и все. Я им и говорю: «Ребята, я в карман ничего не клал. То, что нужно было, я сделал. То, что он субсидии получил, субсидии потратили. И доказано в деле, что директор потратил субсидии, куда надо. На производство». Но мне все равно дали три года условно. Сейчас я уже, так сказать, отсидел, — подытожил Валерий.

Во всем виноват Тарасов?

Нет, мы так не думаем. Татьяна Тарасова и Валерий Прокопьев считают, что действия ФСБ в отношении фермеров — это давление на бывшего главу администрации. Сроки, пусть и условные, получили бывшая супруга и коллега. В течение нескольких лет сам Тарасов не покидал суды, хотя и будучи свидетелем. Силовики пришли в зал, где мы брали интервью у, казалось бы, простых фермеров, которые просто хотят заниматься бизнесом и обрабатывать обширные кемеровские поля.

Для чего это нужно? Что такого сделал Тарасов во время пребывания на посту главы администрации? К сожалению, мы не знаем. Но видим, как ФСБ, полиция, ЦПЭ, репрессирует активных граждан Кемеровской области. Как журналистка Наталья Зубкова под давлением силовиков была вынуждена бежать из региона. Как члена «Сибири правовой» Владимира Тараненко после интервью с нами отправили за решетку (об этом в следующем материале). Как губернатор Цивилев устроил карусель обысков у региональных журналистов. Кто в этой истории преступник?

Текст: Анастасия Кашкина

Иллюстрации: Максим Тарасов

12 февраля 2019 года Минюст РФ принудительно внес Общероссийское общественное движение "За права человека", РООССПЧ "Горячая Линия" и Фонд "В защиту прав заключенных" в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента»
1 ноября 2019 года решением Верховного суда РФ Движение "За права человека" было окончательно ликвидировано.