Милиция – пора менять

Общественные слушания «Милиция – пора менять»

23 июня 2009 года в Музее и общественном центре им. А. Д. Сахарова состоялись Общественные слушания «Милиция – пора менять», организованные инициативной группой «За коренную реформу милиции».

В Слушаниях приняли участие:
Московская Хельсинкская группа
Общероссийское движение «За права человека»
Фонд «Общественный вердикт»
Институт прав человека
Комитет «За гражданские права»
«Союз солидарности с политзаключенными»
Либертарное движение «Свободные радикалы»
Правозащитный комитет Московского регионального отделения Движения «Солидарность»
Информационное агентство «Артикль 20»
Межрегиональн ая правозащитная Ассоциация АГОРА
Центр содействия проведению исследований проблем гражданского общества «Демос»

Цель Слушаний – обсудить сложившуюся ситуацию и выработать конкретных рекомендаций по реформированию структуры МВД.
По итогам обсуждений представлены предложения от общественности для передачи Президенту РФ.
Были представлены доклады на следующие темы:
Деятельность Центра по борьбе с экстремизмом: преследование и запугивание граждан.
Разгон публичных акций сотрудниками милиции.
Подброс наркотиков в отделениях внутренних дел и местах содержания под стражей.
Футбольные фанаты и милиция.
Общественный контроль на дорогах.
Механизмы взаимодействия милиции с общественностью.
Административные правонарушения: проблемы фиксации и подготовки дел для передачи в суд.
Будут представлены рекомендации по реорганизации правоохранительных органов от различных организаций.

По данным различных социологических опросов, лишь 9% граждан доверяют милиции, более 90% – не испытывают к ней доверия. Более 80% опрошенных считают ее абсолютно коррумпированной.
В нынешнем виде милиция действительно стала прямой угрозой гражданам и правопорядку. Она превратилась в карательную машину: ее бросают на жесткое подавление мирных демонстраций, используют для преследования гражданских активистов. Надзирающие и судебные органы не выполняют свои задачи. МВД превратилась в закрытую от общественного контроля корпорацию, получающую уникальные возможности для безнаказанного произвола и вымогательства.
И только расправа пьяного майора Евсюкова с гражданами в ночном супермаркете сподвигла неповоротливую систему к каким-то изменениям. Но на очевидный общественный запрос о реформе правоохранительных органов, милицейское руководство отвечает декоративными мерами, имитирующими реформирование структуры.
Слушания посвящены обсуждению реальных шагов по реформированию системы МВД. Мы планируем обсуждать и вырабатывать реальные механизмы изменения ситуации. В рамках Слушаний будут представлены доклады и предложения различных организаций, занимающихся проблемой нарушения прав человека сотрудниками правоохранительных органов.
Контакты:

В последнее время стал совершенно очевиден общественный запрос на коренную реформу милиции. Общеизвестно, что у  большинства граждан РФ сложилось негативное отношение к работе сотрудников милиции. Причинами этого называют  коррумпированность, низкий профессионализм, массовые незаконные нарушения прав и свобод граждан. Более того, существенная часть россиян открыто заявляют о незащищенности от преступных посягательств самих милиционеров.
Нам ясно, что дело не просто в том, что некоторые сотрудники органов внутренних дел неудовлетворительно    исполняют свои профессиональные обязанности по обеспечению безопасности общества и личности. Дело в принципиальных системных пороках сегодняшней милиции.
Мы считаем, что милицейской системе необходима коренная реформа. Ее результатами должно стать существенное повышение эффективности милиции в выполнении тех задач, которые ставит перед ней Закон «О милиции»:
— обеспечение безопасности личности;
— предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений;
— выявление и раскрытие преступлений;
— охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности;
— защита частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности;
— оказание помощи физическим и юридическим лицам в защите их прав и законных интересов.
Достижение такой цели возможно, если в ходе реформы будет произведено радикальное, в 3 раза, сокращение количества сотрудников милиции с одновременным соответствующим повышением их заработной платы. Надо заметить, что и после этого количество сотрудников милиции на душу населения у нас будет существенно выше, чем в США, Канаде, Новой Зеландии, где, в отличие от России, работу полиции оценивают как эффективную подавляющее большинство граждан. Должны быть приняты и другие меры для повышения социального статуса сотрудника милиции. Должен резко возрасти уровень профессионализма и моральный уровень милиционеров.
Полагаем, что в деле реорганизации милиции необходимо учесть зарубежный опыт полиции зарубежных стран.
В этом отношении представляет интерес опыт реформирования полиции США. В 80-е годы XX века были значительно увеличены должностные оклады полицейских, что позволило отнести их к так называемому среднему классу американского общества. Были введены дополнительные социальные льготы: медицинская страховка, льготное кредитование, высокое пенсионное обеспечение. Эти меры сделали работу в полиции США привлекательной и способствовали конкуренции на этапе отбора кандидатов на службу.
Основной для оценки деятельности и органов и конкретных сотрудников органов внутренних дел должна быть удовлетворенность общества качеством их публичных услуг.
Так, например, основным критерием эффективности деятельности полиции Великобритании считается степень удовлетворенности населения деятельностью местного полицейского участка. Реорганизация муниципальных органов полиции проводится в той местности, где население выразило неудовлетворенность результатам работы полицейских.
Указанные цели обозначают направления долгой и непростой работы по реформированию милиции.
В то же время мы считаем необходимым уже сейчас реализовать ряд мер, способных улучшить ситуацию в органах внутренних дел.
1.    Необходимо опубликовать все подзаконные акты, ограничивающие права человека. Несмотря на то, что такое требование установлено Конституцией РФ, в настоящее время целый ряд ограничивающих права граждан (в частности, в сфере негласного контроля за гражданами, в сфере превентивных мер в отношении гражданских активистов и т. п.) подзаконных актов МВД и других ведомств не опубликован.

Изменению ситуации в милиции к лучшему будет способствовать целый комплекс  мер  в организационно-функциональной сфере:
2.    Для обеспечения эффективного  контроля над деятельностью милиции необходимо вывести органы собственной безопасности из системы МВД и передать их под контроль министерства юстиции;
3.    Необходимо создать, наконец, единый следственный орган, выведя следствие из структуры МВД и других правоохранительных органов на деле, а не только на бумаге;
4.    Необходимо  вывести из структур и из под контроля  ФСБ, ФСКН, МВД экспертные учреждения и передать их Минюсту;
5.     Необходимо изъять у МВД все полномочия, непосредственно не связанные с охраной правопорядка. В частности, необходимо передать Министерству юстиции   функции лицензирования гражданского оружия и приема экзаменов и выдачи водительских удостоверений; 
6.    Необходимо прекратить и запретить нормативным актом применение подразделений ОМОН для не соответствующих  их назначению задач охраны порядка при проведении публичных акций и спортивных мероприятий, пресечения и предотвращения публичных мероприятий. Тем более, мы считаем необходимым  прекратить направление подразделений ОМОН  для этих целей в другие регионы;
7.    Мы считаем необходимым вывести работу по борьбе с экстремизмом из структур МВД, ликвидировав Департамент по противодействию экстремизму (Управление «Э»).
Существенному улучшению работы органов внутренних дел будут содействовать меры по усилению контроля  за соблюдением законности сотрудниками милиции и их профессиональной пригодностью:
8.    Необходимо провести повсеместную установку видеокамер в ИВС, дежурных частях, помещениях для административно задержанных, коридорах и кабинетах отделений милиции, ввести персональную ответственность сотрудников и руководителей органов внутренних дел за обеспечение функционирования таких видеокамер и сохранность видеозаписей;
9.    Обеспечить на практике фиксацию  задержания гражданина в соответствующем журнале органа внутренних дел в  момент его фактического доставления  на территорию этого органа, ужесточить наказание сотрудников милиции за нахождение на территории органа внутренних дел незарегистрированных задержанных;
10.    При совершении преступления сотрудником милиции необходимо проводить проверку деятельности не только этого сотрудника, но  также и его непосредственного начальника. В случае совершения преступления на территории органа внутренних дел  проводить проверку деятельности начальника этого органа;
11.    Необходимо обеспечить прохождение регулярной  обязательной наркологической экспертизы  всеми сотрудникам правоохранительных органов.
12.    Необходимо ввести практику регулярных проверок рабочих мест сотрудников милиции (в том числе рабочих столов, сейфов).
Соблюдению прав граждан сотрудниками милиции будут способствовать изменения процессуальных норм:
13.    Необходимо при административном и уголовном судопроизводстве  рассматривать  показания сотрудников правоохранительных органов  как показания заинтересованных лиц;
14.    Считаем необходимым ввести обязательное использование видеоаппаратуры при проведении следственных действий, видеосъемка следственных действий должна рассматриваться в качестве  основного вещественного доказательства.
Необходимо незамедлительно предпринять первые шаги к установлению контроля общества над деятельностью  милиции:
15.     Необходимо изменить критерии внутриведомственной оценки деятельности сотрудников милиции, заменив существующие, основанные на количественных показателях раскрываемости, на комплексные, учитывающие мнение граждан; 
16.     Должны быть разработаны  и внедрены инструменты для выявления оценки деятельности милиции общественностью;
17.    Необходимо ввести представителей общественности в коллегии и им подобные органы подразделений  внутренних  дел разных уровней с правом выступления.

С начала девяностых годов в России происходила масштабная реформа системы государственного управления. Этот процесс затронул и правоохранительные органы, в особенности пенитенциарную систему. Однако последовательной системной реформы правоохранительной сферы так и не произошло.
Многие принципы организации и функционирования правоохранительной системы сохранились с советских времен, несмотря на то, что они перестали соответствовать изменившейся социальной действительности. Кроме того, отсутствие надлежащего финансирования правоохранительной сферы в девяностых годах привело к существенному падению профессионализма правоохранительных органов и к росту коррупции.
В настоящее время правоохранительная система часто оказывается не в состоянии обеспечить надлежащий уровень защиты населения от преступных посягательств. Одновременно правоохранительные органы сами становятся источником опасности для граждан и источником многих нарушений прав человека, включая и такие грубые нарушения как пытки и жестокое обращение. Правозащитные организации регулярно получают обращения граждан, ставших жертвами должностных преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов. Социологические опросы продолжают фиксировать высокий уровень недоверия и недовольства милицией.
Общественный запрос на реформу правоохранительных органов существует и осознается властями. Так, проведенный Фондом «Общественный вердикт» и Левада-центром в декабре 2007 года социологический опрос населения говорит, что три четверти опрошенных считают, что современная российская милиция нуждается в реформировании. Более того, на реформах в большей степени настаивает именно активная, квалифицированная, сравнительно обеспеченная часть российского населения. Большинство россиян сходятся в понимании целей реформирования. По их мнению, необходимо, прежде всего, повысить качество и эффективность нормальной, повседневной работы милиционеров. Почти три четверти участвовавших в опросе (74%) считают, что реформированная милиция должна ориентироваться на интересы граждан, обеспечивать их права и безопасность, поддерживать порядок в обществе,— как можно понять, на достижение такого результата и должен быть направлен, по их мнению, процесс реформирования. Основные направления, которым следует уделить преимущественное внимание в ходе усовершенствования милиции, это, по мнению опрошенных, кадровый вопрос (40%), материально-техническое обеспечение (33%), соблюдение законности милиционерами, уважение их к правам граждан (32%), борьба с коррупцией в рядах милиции (31%).
В течение последнего периода произошли некоторые изменения, которые можно считать отдельными шагами, направленными на изменение положения в системе правоохранительных органов. В частности, в марте 2009 года был принят Кодекс профессиональной этики российского милиционера, в конце апреля 2009 года Министр МВД подписал указ о создании отделов по социально-психологической работе в милицейских коллективах, а также направил в органы внутренних дел субъектов РФ указание – повысить качество отбора кандидатов на службу в милицию и для назначения на руководящие должности, а также провести в среде столичных милиционеров проверки на профессиональную пригодность. Толчком для последних действий послужила страшная трагедия, произошедшая на юге Москвы 27 апреля 2009 года, когда начальник ОВД «Царицыно» расстрелял ни в чем не повинных людей, в результате 3 человека погибли, шесть получили ранения. Все предпринимаемые действия пока скорее являются реакцией на происходящие события и вопиющие нарушения со стороны сотрудников правоохранительных органов и направлены на точечные изменения.
Однако, трагедия на юге Москвы 27 апреля 2009 года, а также сообщения о других преступных действиях сотрудников правоохранительных органов, о которых регулярно сообщают средства массовой информации, говорят о глубоком кризисе системы МВД, об отсутствии контроля за деятельностью должностных лиц системы, об отсутствии условий, позволяющих пресекать совершение преступлений должностными лицами. Все это говорит об острой необходимости немедленного комплексного реформирования системы МВД.
Реформирование системы МВД должно носить комплексный характер, с четко описанной стратегией и поэтапным логически выстроенным планом внедрения предлагаемых изменений. Реформирование должно в первую очередь коснуться следующих аспектов:
1.    Модернизация системы образования и переподготовки сотрудников милиции.
2.    Изменение системы оценки деятельности сотрудников и подразделений милиции.
3.    Оптимизация финансовой политики в деятельности органов МВД, которая бы дала больше свободы для распоряжения средствами на местах местными милицейскими начальниками.
4.    Оптимизация кадровой политики в системе МВД, которая бы привела к сокращению милиции и увеличению денежного довольствия на одного работника милиции. 
5.    Развитие прозрачности в деятельности милиции и именно через это повышение доверия к милиции со стороны населения. Прежде всего изменения должны произойти в области повышения прозрачности в отношении зарплат милиционеров и прозрачности милицейских процедур, через массовую организацию видео наблюдения за общением милиции и населения.
6.    Разработка и создание  регламентов с участием общественности для регулирования отношения милиции и населения и для повышения доверия населения к милиции.

Представляется, что по вопросу реформирования органов внутренних дел необходимо создать межведомственную с участием представителей гражданского общества рабочую группу.
 

 
1. Модернизация системы образования и переподготовки сотрудников милиции

Важнейшим из преобразований должна стать модернизация системы обучения и переподготовки сотрудников милиции, что позволит достичь положительного эффекта и по другим направлениям реформирования.
Какие преобразования в этой сфере необходимы:
— внедрение в систему обучения и переподготовки практикоориентированных техник, нацеленных на четкое выполнение сотрудниками милиции конкретных профессиональных действий при соблюдении прав человека. Речь идет о том, чтобы обучение было ориентировано на формирование навыков правильного выполнения ряда профессиональных операций (правильность предполагает и грамотное знание применимых правовых норм, и точное выполнение физических действий, и соблюдение прав человека). Для существующей же системы подготовки во многом характерно разведение знаний по разным дисциплинам: цикл правовой подготовки, физической, тактической и т. д. подготовки. Права человека в такой системе попадают только в цикл правовой подготовки и то в небольшом объеме. А должны быть частью содержания всех дисциплин, преподаваемых в учебных заведениях милиции, поскольку обеспечение прав человека должно быть основным смыслом всех действий сотрудника милиции. 
— изменение системы подготовки требует изменения системы итоговой аттестации в учебных заведениях милиции. Итоговая аттестация должна быть нацелена в первую очередь на контроль правильного выполнения практических действий. Например, выпускник демонстрирует, как он задерживает вооруженного преступника, которого может изображать другой курсант, проводит дознание и иные действия, а аттестационная комиссия оценивает, правильно ли применялись правовые нормы, правильно ли выполнялись приемы самообороны, тактические действия и т. п., в том числе, не нарушались ли права человека. Именно такая система подготовки сотрудников милиции позволит выработать у каждого выпускника точный алгоритм выполнения профессиональных действий, с которым они приступят к выполнению служебных обязанностей.
— в процессе подготовки сотрудников милиции у них должна быть сформирована установка приоритетности интересов людей. Не должностных инструкций, не раскрытия преступления, не приказов начальства, а прав и свобод человека. Это прямо совпадает со сформулированным в Кодексе профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации постулатом: «Высшим нравственным смыслом служебной деятельности сотрудника является защита человека,  его жизни и здоровья, чести и личного достоинства, неотъемлемых прав и свобод».
Кроме того, следует задуматься о  том, чтобы сроки подготовки рядовых сотрудников милиции позволяли сформировать необходимые навыки и установки. Существующие сейчас сроки значительно меньше, чем в большинстве европейских стран.
Все предлагаемые меры будут вести к тому, что в рамках профессиональной подготовки сотрудники милиции получат установки и навыки, позволяющие выполнять служебные обязанности не нарушая права человека.
Предлагаемые преобразования вполне реальны. Полиция ряда зарубежных стран готовит своих сотрудников именно по такой модели. При этом положительные результаты достигаются в исторически обозримый срок. Например, польская полиция по прошествии всего десятилетия после модернизации, стала одним из наиболее авторитетных общественных институтов. Сейчас она занимает третье место по уровню доверия населения после церкви и армии.


2. Изменение системы оценки деятельности сотрудников и подразделений милиции

Изменение системы оценки деятельности сотрудников и подразделений милиции – наиважнейшее системное преобразование, без которого никакие реформы не дадут своих плодов.

Порочность ряда имеющихся подходов к оцениванию давно признается как общественностью, так и самими сотрудниками милиции, вынужденными действовать в заданных рамках. Например, поощрения за раскрытые преступления подталкивают сотрудников к получению необходимых признаний с использованием насилия и других незаконных методов. Конечно, количественная система с определенными изменениями должна сохраниться, но она не должна быть основанием для непосредственного поощрения сотрудников и она не должна быть основным показателем.

  Разработано на экспертной встрече с участием представителей РОО «Человек и закон» (Йошкар-Ола», Фонда «Общественный вердикт» (Москва), Международной амнистии (Москва), Красноярского комитета по защите прав человека, Пермского центра гражданского образования, Пермского центра против насилия, Коми правозащитной комиссии «Мемориал» (Сыктывкар)
  см. в частности результаты Инициативного всероссийского опроса ВЦИОМ «Россияне о милиции: оценка, эмоция, отношение», проведенного 30–31 мая 2009 года: http://wciom.ru/novosti/press-vypuski/press-vypusk/single/11972.html
  С подробным отчетом о результатах исследования можно познакомиться на сайте Фонда — http://www.publicverdict.org/ru/articles/research/reform_police.html


Если говорить о количественных показателях, то количество учитываемых для оценки показателей должно быть расширено, например, в их числе должны учитываться жалобы и предложения граждан, статистика реагирования на поступившие обращения,  и т. д. При этом должна возрасти роль тех количественных показателей, которые ориентируют сотрудников и подразделения милиции на службу обществу.

Основным показателем оценки должен стать уровень доверия населения к милиции, который подсчитывается с помощью социологических методов. Подобные подходы к оценке с успехом используются в деятельности полиции ряда зарубежных стран. Заметим, что разработка подходов к созданию социологических инструментов оценки доверия общества к милиции желательна с участием специалистов МВД, академических и социологических институтов и экспертов неправительственных организаций. 

В любом случае, оценка милиции должна проводиться с учетом общественного мнения. Естественно, для оценки деятельности разных подразделений милиции должны использоваться разные аспекты общественного мнения (для оценки участковых – одно, для оценки ППС – другое и т. п.). Учитывать мнение общества о деятельности милиции необходимо прежде всего потому, что главная задача деятельности милиции – защита человека, его прав и свобод, как это записано в законе «О милиции». Поэтому оценка милиции без учета общественного запроса на «услуги» милиции пойдет вразрез с этим принципом. Конечно, формулироваться общественный запрос должен с учетом мнения населения экспертным сообществом, включающим, в частности, ученых и представителей правозащитных организаций.

Одним из важных направлений участия общественности в оценке деятельности милиции могут рассматриваться мероприятия общественного контроля, организованные инициативными группами граждан и гражданскими организациями. Результаты акций общественного контроля должны учитываться при ведомственной оценке и, возможно, станут частью этой оценки.

Кроме того, важно чтобы новая система оценки активно использовалась при решении вопроса о ведомственном финансировании тех или иных подразделений милиции.

3. Оптимизация финансовой политики в деятельности органов МВД.

Должны быть проведены мероприятия, направленные на эффективное использование бюджетных средств на всех уровнях системы МВД и особенно на уровне районов. Основной упор должен быть сделан на:
-    установление достойного уровня оплаты труда сотрудников милиции;
-    расширение полномочий руководителей подразделений в системе МВД в распределении и перераспределении финансовых средств, выделяемых им бюджетами федерального, регионального и муниципального уровней и получаемых за счет внебюджетных источников.

4. Оптимизация кадровой политики в системе МВД.

При разработке мероприятий, направленных на оптимизацию кадровой политики в системе МВД необходимо уделить особое внимание выработке принципов и подходов, позволяющих обеспечить привлечение к службе в милиции профессионально подготовленных людей, соответствующих научно – разработанным психолого – профессиональным характеристикам, с безупречной репутацией и имеющих рекомендации для службы в органах милиции от заслуживающих доверия авторитетных физических и юридических лиц.

Необходимо разработать такие процедуры приема на службу в структуры МВД, которые бы обеспечивали набор на службу, независимо от уровня должностей, исключительно на основе компетентности и опыта, соответствующих задачам милицейской работы.

Процедуры приема на службу должны быть основаны на объективных и не дискриминационных критериях (после проведения необходимой проверки кандидатур).

Помимо необходимой компетентности и опыта при найме на службу должно учитываться и наличие следующих качеств: рассудительность, открытость, зрелость, чувство справедливости, коммуникативные способности, а при необходимости – руководящие и организационные качества. Кроме того, нанимаемые на службу сотрудники должны хорошо разбираться в социальных и культурных проблемах соответствующих регионов, а также во взаимоотношениях между людьми.

Кроме того, следует применять политику набора мужчин и женщин из различных слоев общества, в том числе из представителей этнических меньшинств, чтобы милиция являлась отражением того общества, которому она служит.

5. Развитие прозрачности в деятельности милиции и именно через это повышение доверия к милиции со стороны населения

Отсутствие прозрачности в деятельности милиции во многом привело к созданию внутри милиции очень опасных и бесчеловечных практик. В связи с этим представляется крайне важным при выработке стратегии реформирования уделить особое внимание разработке механизмов формирования прозрачности процедур и информации, значимой для населения. В частности,
    общество должно знать основные бюджетные затраты на финансирование милиции как таковое и в частности на денежное довольствие работников милиции всех уровней.
    достаточно прозрачной должна стать вся отчетная информация милиции всех уровней. При этом отчетная информация милиции должна доходить до граждан в доступной форме, чтобы граждане могли бы сами сделать вывод о деятельности милиции.
    необходимо провести мероприятия по физической прозрачности дежурных частей, отделов и участков милиции, по  созданию условий для физической доступности любому гражданину работников милиции, которые выполняют обязанности прямого контакта с гражданами.
    должны быть проведены мероприятия по созданию инфраструктуры указателей и объявлений на улицах населенных пунктов России, которые бы давали гражданам возможность видеть, где же находятся близлежащее помещение милиции и как к нему легче всего пройти. Надо отметить, что в этом отношении намного лучше ситуация в ГИБДД, где информирование водителей о помещениях ГИБДД можно признать практичным и доступным.
    необходимо оценить и изменить всю систему помещений милиции в сторону прозрачности. Помещения, где проводятся следственные и оперативные действия, должны быть полностью открытыми и большая часть процедур работы следственных и оперативных органов должна проходить при широком доступе коллег, руководства и контролирующих органов.
    для населения должны быть доступными все административные регламенты, выработанные в МВД.
    должно быть максимально развито видеонаблюдение за деятельностью милиции внутри помещений милиции, чтобы оградить работников милиции и граждан от взаимных претензий и возможностей для совершения преступлений как с одной, так и с другой стороны.

6. Разработка и создание  административных регламентов МВД России для регулирования отношения милиции и населения

В соответствии с административной реформой, активно идущей в России, все государственные органы должны принять административные регламенты, регулирующие их отношения с населением и определяющие процедуру тех услуг, которые государственное ведомство оказывает жителям. К сожалению можно констатировать факт, что в МВД не разработаны многие из требуемых в их деятельности регламенты. В частности требуется разработка административных регламентов, определяющих:
    процедуру оказания услуг милицией при задержании граждан, в отношении задержанных, близким им людях.
    процедуру оказания услуг милицией в сфере принятия заявлений, жалоб и другого вида обращений в управлениях, отделах и участках внутренних дел.
    процедуру оказания услуг милицией при любых действиях милиции в отношении граждан вне помещений: обыски, проверки документов, проведение оцеплений, охрана массовых акций, пресечение незаконных акций и т. п. 
    процедуру оказания услуг милицией в сфере перевозки, доставления, перемещения граждан в помещения милиция и из оных.
    процедуру оказания услуг милицией жертвам и свидетелям преступлений с наличием разделов особо уделяющих внимание взаимоотношениям милиции с детьми-жертвами и детьми-свидетелями.
    процедуру оказания услуг милицией в сфере обращения с несовершеннолетними правонарушителями.

6 сентября 2008 г. президент России создал в МВД особое подразделение, направленное на борьбу с экстремизмом. Для этого были ликвидированы Центр «Т» (антитеррор), которые в т. ч. занимался и противодействиям терроризму, и УБОП, ранее занятый борьбой с оргпреступностью. На их месте создан орган исключительно политического сыска – Департамент по противодействию экстремизму. 
Обращаем внимание на то, что столь важный указ был подписан в начале сентябре 2008 года, а с учетом серьезности структурных готовящихся изменений, его подготовка должна была начаться задолго, т. е.  когда еще не начался ни мировой экономический кризис, ни было и обвала на российском фондовом рынке, и, следовательно, не было никакого намека на возможность всплеска  экстремизма или  социально-политической дестабилизации.  Вот начало этого указа.

УКАЗ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ  06.09.2008 № 1316
О НЕКОТОРЫХ ВОПРОСАХ МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В целях совершенствования руководства деятельностью Министерства внутренних дел Российской Федерации и органов внутренних дел Российской Федерации по обеспечению экономической безопасности, борьбе с коррупцией, организованной преступностью и экстремизмом, усиления гарантий защиты прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) постановляю:
1. Образовать в органах внутренних дел Российской Федерации в пределах их установленной штатной численности на базе подразделений по борьбе с организованной преступностью:
а) подразделения по противодействию экстремизму, возложив на них функции по противодействию экстремистской деятельности;
б) подразделения по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите, возложив на них функции по применению мер безопасности в целях защиты жизни и здоровья лиц, подлежащих государственной защите, а также по обеспечению сохранности их имущества.
2. Возложить на подразделения уголовного розыска органов внутренних дел Российской Федерации функции по борьбе с организованной преступностью общеуголовной направленности, а на подразделения по борьбе с экономическими преступлениями органов внутренних дел Российской Федерации — функции по борьбе с коррупцией и организованной преступностью экономической направленности

Отметим, что основные антиэкстремистские статьи отнесены УПК РФ к подследственности прокуратуры и ФСБ, однако «антиэкстремистский» департамент не был создан ни в рамках Следственного комитета при прокуратуре РФ, ни в рамках ФСБ, где существует отдельная Служба по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом (ранее Департамент).

Проясняют подоплеку этой реформы пять очень важных обстоятельств:

-  разложение и коррупция в УБОП достигли столь опасной степени, что ликвидация данной структура стала необходимостью; 
— у оперативников, специализировавшихся на борьбе с оргпреступностью, весьма специфические навыки и методы работать (например, они в обязательном порядке имеют «добровольных помощников», завербованных в околокриминальной среде, а также провокации, угрозы, подбросы наркотиков, оружия, боеприпасов);
— уже несколько лет поступают сообщения о привлечении сотрудников УБОП к борьбе с радикальными оппозиционными организациями, и очевидно, что фактический сложившийся порядок решили полностью формализовать;
— в России не существует однозначного, закрепленного юридически критерия отнесения лиц и организаций к экстремистским. В отличие от текстов или изданий, каковых экстремистскими публично признают прокуратура и суд, решения, которых можно обжаловать, и иногда успешно, как это было, например, с каналом «2×2»;
 - по крайней мере, свыше 6 лет, с издания Приказа 870-ДСП МВД России от 10.09.2002 г. о действиях в чрезвычайных обстоятельствах,  становится известно о различных закрытые или полузакрытые ведомственные (МВД и ФСБ, или совместные) распоряжения, приказы, телефонограммы и телетайпограммы, предписывающие вести слежку и «профилактику» (т. е. запугивать, фабриковать административные дела) с целью воспрепятствования  участию гражданских и политических активистов в различных акциях и мероприятиях в диапазоне в Социальных форумов и «Маршах несогласных» до «Русских маршей». Причем в этих инструкциях нарочно объединяются такие категории, как террористы и… участники молодежных антиглобалистских инициатив. Выяснилось существование такого вида слежки, как «Сторожевой контроль» (включающий автоматический сбор данных о приобретении проездных документов), не обозначенной в законодательстве – Законе РФ «О милиции», Законе РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», и, следовательно, незаконной, которая очень широко применялась и применяется к гражданским и политическим активистам.        

Таким образом, мы видим завершение создания системы политического сыска, состоящей из людей, привыкших иметь дело с опасными преступниками, работать в криминогенной среде, и получивших самые широкие и неопределенные критерии для зачисление в объекты «противодействия».
         
Само по себе это очень опасно. Во всех  известных инцидентах, когда пострадавшие активисты, либо просто граждане, попавшие в поле зрения антиэкстремистского департамента, жаловались на нарушения их прав, отмечается схожий рисунок: угрозы, физическое и психологическое давление, попытки вербовки, попытки вынудить отказаться от общественно-политической деятельности, попытки сфабриковать административное или уголовное обвинения, чтобы иметь основания для задержания и проведения следственных и оперативно-розыскных действий. Среди сотрудников правоохранительных органов насаждается представление о том, что оппозиционная деятельность или неформализованная общественная активность – уже если не преступление, то нарушение правопорядка. Одним из прямых следствий этого – очевидная враждебность милиции к экзотически выглядящим молодым людям, которые, видимо, ассоциируются с созданным у них стереотипом общественно-опасного персонажа.
Произошло смешение двух совершенно разных явления: экстремизма, как проявления реальной и быстро растущей активности неонацистского и расистского подполья, и «экстремизма», как проявления неформальной общественно-политической активности и в.ч. участия в несогласованных акциях и в акциях гражданского неповиновения.   
Отметим, что все эти значительные ведомственные перестройки совершенно не повлияли на рост реального расистского террора, который уже несколько лет подряд стабильно растет. Очевидно, что борьба правоохранительных органов с наци-скинхедами и другими реальными представителями экстремизма будет только затруднена, если тех же сотрудников вынудят отслеживать активистов «Другой России», партии «ЯБЛОКО», «Солидарности», левых организаций, анархистов, антиглобалистов…  

Выводы:
1.     Департамент «Э» должен быть расформирован, как структура, представляющая реальную угрозу конституционным правам и свободам.  
2.     Борьба с расистским  террористическим подпольем и политическим террором должна быть сосредоточена в одном ведомстве, более не занятых никакими иными функциями.
3.     Критерии зачисления организации (объединения), в т. ч. неформального типа, и конкретных лиц в перечень экстремистских должен быть установлен опубликованным нормативно-правовым актом. 
4.      Запрет на использования системы автоматического сбора данных «Сторожевой контроль» до внесения ее в законодательство и определения законом инстанции, уполномоченной давать санкцию на внесение лицо в базу данных такого контроля.   

Л. М. Алексеева, председатель Московской Хельсинкской Группы

Л. А. Пономарев, исполнительный директор ООД «За права человека»

16 июня 2009 г.

Меморандум поддержали:
А. Бузин, председатель Межрегионального объединения избирателей
С. Бурьянов, С. Мозговой, сопредседатели Совета Института свободы совести,
Р. Кутаев, «Международный комитет по проблемам Северного Кавказа»
Ю. Самодуров, сопредседатель ВГК, Комитет в защиту культуры

Приложение. 

Примеры политических преследований со стороны антиэкстремистских подразделений МВД

Широко известны проведения оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ): сторожевой контроль, «профилактика»,) в отношении гражданских активистов. Приводим свидетельства незаконных преследований политических и гражданских активистов и попыток давления с целью вербовки в осведомители: публикацию из «Новой газеты» № 29 (выпуск для Санкт-Петербурга — прилагается) — о проведение ОРМ в отношении членов партии «ЯБЛОКО» и правозащитников, о преследованиях активистов КПРФ, правозащитных и либеральных организаций. Отметим, что во всех случаях речь идет о членах легальных партий и организаций!  
1. Когда рассматривался вопрос об отказе от возбуждения уголовного дела по факту нападения 5 апреля 2009 г. на одного из видных деятелей Движения «Солидарность»  Елена Васильеву, то в постановлении был процитирована справка-меморандума полученной из ЦПЭ (Центр по противодействию экстремизма)    УВД по Мурманской  области «учитывая личностные   качества   Васильевой   Е.Б.,   которая   зарекомендовала   себя, как <…> человек, радикально настроена к действующей в РФ власти, на территории региона Мурманской  области, регулярно  организовывала и  сама   принимала активное участие в протестных акциях и митингах…». Мы видим, что в данном случае  объектом внимания антиэкстремистского департамента стал общественный деятель, который не только не совершил ни одного экстремистского действия в том смысле, как они определены законом, но напротив, выступает именно в поддержку принципов парламентской демократии. Уже из этого одного следует, что Центр по противодействию экстремизма присвоил себе функции органа политического сыска, ведя за представителями оппозиции тщательную слежку. Далее в справке-меморандуме упоминается об отказах Е. Б. Васильевой от госпитализации при сердечных приступах, что означает сбор данных о медицинской карте, т. е. о проведении в отношении нее ОРМ (оперативно-розыскного мероприятия).
2. Скандальное решение суда Нижегородского районного суда г. Н. Новгорода от 22 апреля 2009 г. по жалобе известного правозащитника Сергея Шимоволоса — на незаконную слежку за ним в помощью системы «Сторожевой контроль» (автоматически фиксирует покупку проездных документов (авиа и железнодорожных билетов). Вот как обосновала слежку за правозащитником С. М. Шимоволосом федеральный судья Баженова Т. П.: «Как следует из пояснений заявителя, из обзорного доклада „Спецслужбы против правозащитников“ заявитель является представителем Московской Хельсинкской группы, является общественным активистом, председателем Нижегородского правозащитного союза, является организатором „круглых столов“, семинаров правозащитников. По роду своей общественной деятельности он бывает во многих городах России. Так в мае 2007 года он следовал в г. Самара, целью его поездки было проведение независимого расследования фактов ограничений протестных мероприятий, приуроченных к Саммиту „Большой восьмерки“ в Самарской области. Суд полагает, что, учитывая общественную деятельность заявителя, ГУВД по Нижегородской области имело право на внесение его в базу данных Сторожевой контроль, так как согласно ст. 11 Закона РФ „О милиции“ — милиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляется право …4. получить от граждан и должностных лиц необходимые объяснения, сведения, справки, документы и копии с них…»
3. 6 мая 2009 г. жертвой слежки стал лидер неформального либерального движения «МЫ» Роман Доброхотов. По прибытии поездом из Волгограда на Павелецкий вокзал столицы он был задержан милиционером, поджидавшим его на выходе из вагона. Сотруднику УВД было поручено провести с ним профилактическую беседу. Доброхотов был задержан на основании телефонограммы, в которой написано, что Центр оперативно-розыскной информации московского УВД на транспорте сообщает, что на «сторожевой контроль» Доброхотова выставил Департамент по противодействию экстремизму МВД РФ.
4.  27 января 2009 года Ольга Алексеевна Несинова (руководитель регионального отделения Движения «За права человека», член ОГФ) была опрошена на вокзале г. Сыктывкара молодым человеком в гражданском, который потребовал сообщить цель отъезда. По встречному требованию Несиновой, человек предъявил паспорт на имя Шадрина Романа Анатольевича, серия 11 06 № 505310, выданный Архангельским ОВД, однако отказался сообщить принадлежность его к силовым структурам, заявив, что он является «практикантом». По прибытию в Москву 28 января она была опрошена милицией о цели приезда. Согласно ответу из прокуратуры, она была поставлена на «Сторожевой контроль».  
5. Одновременно в Саратове 27 января 2009 г. сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом вызвали «для профилактической беседы» активистов оппозиционных движений. Активист РНДС, член оргкомитета по проведению учредительной конференции движения «Солидарность» в Саратове Александр Ахтырко провел в Центре несколько часов. Беседовал с ним полковник в штатском. Он расспрашивал о «правых» и «левых», интересовался тем, что такое РНДС, «Солидарность», что означает словосочетание «праволиберальная идеология» и бывают ли «леволибералы» и тому подобное.
6. В середине января 2009 г. активистов молодежного «Яблока» несколько раз приглашали на беседы в различные правоохранительные структуры Омска. Причем вместе с родителями, в случае отказа от бесед высокие милицейские чины обещали родителям «серьезные неприятности на работе».  Один из приглашенных молодых активистов в кабинете руководителя подразделения по «противодействию экстремизму» под стеклом на столе разглядел портреты Сталина и Берии. Другому, студенту ОмГУ, в том же отделе "просто предложили выйти из «Яблока». При этом пытались уверить, что все лидеры оппозиции — настоящие экстремисты и проходимцы, которые «отмывают западные деньги» и совершают прочие «безобразия».
7. 25 мая  2009 г. через сайт президента самарские правозащитники направили коллективную жалобу самарских правозащитников на "служебное рвение оперативников отдела «Э». В качестве доказательства приводится информация о действиях отдела «Э». Его оперативники ведут опросы соседей самарских правозащитников, политологов и журналистов, собирают информацию о правозащитниках и членах местного отделения коалиции «Другая Россия». За неделю до состоявшейся 23 мая учредительной конференции самарского отделения «Солидарности» и визита Гарри Каспарова в Самару, сотрудники отдела «Э» устроили слежку за правозащитниками и участниками конференции. В поле зрения оперативников попало более десяти гражданских активистов, среди которых оказались адвокат Александр Паулов, банкир Борис Мазур и журналист Виктор Садовский. Оперативники отдела «Э» под видом посетителей общественно-политического центра интересовались у общественников деятельностью самарского отделения «Солидарности».  За квартирой владельца сайта www.politsamara.ru, политтехнолога Дмитрия Лобойко силами милиции велось круглосуточное наблюдение. За ним постоянно следовали автомобили «наружки», в которых находилось по четыре оперативника: двое из них были в милицейской форме, а двое в штатском. К «работе» с Лобойко был подключен военкомат, который занялся вопросом срочного призыва в армию Дмитрия. В настоящее время он направил в прокуратуру жалобу на незаконные действия со стороны работников военкомата Промышленного района Самары.
8. Одним из наиболее нашумевших случаев, говорящих о методах Департамента «Э», который, видимо, от борьбы с политическим инакомыслием стал переходить к борьбе с инакомыслием художественным,  стала история с новосибирским художником и кинодеятелем Артемом Лоскутовым, которого 15 мая 2009 г. арестовали сотрудники Центра «Э», якобы нашедшие у него наркотики. Перед этим дважды – 1 и 15 мая его вызывали в Центр «Э» для профилактических бесед к начальнику Центра «Э» Сергею Миллеру, который пространно объясняет ему, почему необходимо прекратить проведение массовых художественный акций «Монстрация».  Только после мощных протестов и публичных голодовок, Лоскутов был освобожден.
Одновременно в региональный Центр «Э» уже вызвали маму его знакомой Любови Беляцкой, чтобы «показать, с кем встречается ее дочь». В Сызрани недавно задерживали активистку движения «PRотив» Ульяну Полякову, а в Нижнем Новгороде — активиста «Другой России» Владимира Зиньковского. Их обоих, продержав в отделении несколько часов, отпустили после профилактической беседы.
     9.  Корсаков Константин Олегович, гражданский и общественный активист, активист АКМ и КПРФ, помощник депутата Законодательного Собрания Оренбургской области Пузий В.П, корреспондент газеты «Правда» сообщил о систематических преследованиях со стороны сотрудников правоохранительных органов по политическим мотивам, независимую гражданскую позицию, организацию различных протестных акций. Он указывает на прямые задержания и аресты, установление тотального контроля за передвижением, местонахождением, частной и личной жизнью. Примеры: 20 марта 2007 г. домой неоднократно звонят и приходят оперативники и сотрудники Центрального РОВД Оренбурга. Начиная с 4 июня 2007 г. по 10 июня установлен постоянный наружный контроль, прослушка телефонов. Домой постоянно приходят неизвестные люди (в любое время суток), ломятся в дверь, представляются сотрудниками РУБОПа. С 21 декабря по 24 декабря  2007 г. вновь установлено наружное наблюдение в оперсотрудников Центрального РОВД, прослушка телефонов. Домой постоянно приходят и рано утром, и поздно вечером из Центрального РОВД, постоянно на дом названивает лейтенант Конопацкий. Под окнами квартиры круглые сутки дежурит машина (тонированная серебристая десятая модель ВАЗ за номером «о 896 аа»). В середине февраля 2008 г. оправился в Москву на поезде Орск-Москва. По прибытии на Казанский вокзал, в вагон вламываются оперативники УБОПа  Москвы и со словами: «Корсаков, стоять! Милиция!» — задерживают и препровождают в местный ЛОВД. Там с берут объяснительную, советуют «уезжать отсюда поскорее». Основания: распоряжении из Оренбургского УБОПа с фотографией и установкой встретить по прибытии на вокзале, досмотреть, взять объяснительную. Мотивировалось в документе это тем, что я нахожусь в списке «экстремистских лиц» и состою в движении АКМ. 23 июня 2008 года неприкрытая слежку неизвестных, за несколько часов до отправления поезда на мобильный позвонил и.о. начальника Центрального РОВД г. Оренбурга Зимцов Д. В. и попросил о встрече. На данной встрече  интересовался, куда Корсаков собрался ехать, что там делать и т. д. По прибытии в Ангарск 26 июня прямо на перроне вместе с встречавшими родственниками, был задержан лицами в штатском в количестве около 8 сотрудников УБОПа. В отделе Корсакова и его личные вещи тщательно досмотрели. На требования составить протокол досмотра, ответили отказом, принялись угрожать фабрикацией уголовного дела, оскорблять. Угрожали и родственникам «проблемами по жизни». После данных унизительных процедур, Корсаков был доставлен в РУБОП Ангарска, где требовали дать объяснительную о целях пребывания в Ангарске, угрожали избить, отобрали паспорт, партбилет, записную книжку и всё это ксерокопировали постранично. На требования объяснить: в чём  подозреваюсь, почему такое внимание со стороны УБОПа, упомянули, что их оренбургские коллеги из УБОПа дали распоряжение «встретить меня» в Ангарске, мотивируя это тем, что Корсаков «склонен к действиям экстремистского характера и состоит в организации экстремистского толка. Утром 26 сентября 2008 г., прямо на занятия в аудиторию в ОГУ, где Корсаков обучался заочно на журналиста, пришёл сотрудник Центрального РОВД Оренбурга Бочаров и заявил, что он пришёл, дабы удостовериться в присутствии на занятиях. После этого было много случаев слежки. В конце января 2009 г. в деканат факультета журналистики ГОУ ОГУ, явились сотрудники УБОПа. Предъявив удостоверение сотрудника УБОПа на имя Иванова, один расспрашивал преподавателей: интересовался „процессом обучения“, „успеваемостью“ и „поведением“. Иванов попросил „обратить внимание на Корсакова“. Потребовал заместителя декана дать на Корсакова характеристику.
10. 23 марта 2009 г. в Оренбурге у дверей своего общежития был задержан сотрудниками РУБОПа активист Левого Фронта и Союза Коммунистической Молодёжи Мукаев Аскар. Без объяснения причин Аскара затолкали в автомобиль и отвезли в здание РУБОПа на улице Дубицкого. Доставив Аскара в РУБОП, оперативник Василий Иванов угрозами заставил его написать объяснительную записку на предмет деятельности в рядах левой оппозиции и политических взглядов. Со слов Аскара, оперативники живо интересовались информацией о других активистах левой оппозиции в Оренбурге, а также предлагали стать их осведомителем. Продержали активиста несколько часов, после чего без конкретных и внятных объяснений отпустили. В конце февраля подобным образом сотрудники РУБОПа задержали прямо на занятиях в училище другого левого активиста – Ивана Черных. Оперативники в своём кабинете демонстративно засовывали Ивану в карман брюк наркотики и говорили, что посадят его, если тот откажется с ними сотрудничать.
11. 3 апреля 2009 г. за Фадеевой Ириной Васильевной, первым секретарём горкома Союза Коммунистической Молодёжи г. Оренбурга, велось неприкрытое наружное наблюдение в течение всего дня. С утра к ней домой явились лица в штатском и потребовали от ее матери объяснить, где она находится. Один из них представился сотрудником милиции по фамилии Оганесян. Он говорил: „вашу дочь увезут, и вы не будете знать куда“, „а вдруг при задержании мы у неё случайно что-то найдём“ и т. п. угрозы. Данные лица явились в педагогический колледж № 2 где обучается Фадеева и всё тот же Оганесян принялся у преподавателей выспрашивать о местонахождении, успеваемости, предпочтениях в политических взглядах. После занятий за Фадеевой неуклонно следовали двое неизвестных.
12.  5 февраля 2009 г. Касаурова Евгения Сергеевна из Оренбурга обратилась в прокуратуру и к правозащитникам в связи с тем, что 3 февраля в палату инфекционной больницы, где она лежала со своим грудным ребёнком на излечении, явился сотрудник УБОПа Василий Иванов. Иванов предложил ей сотрудничество с УБОПом за ежемесячную плату в размере 5000 рублей, а так же различную дополнительную помощь по уходу за грудным ребёнком. Иванов пояснил, что за данную сумму денег надо собирать различную информацию, в том числе и сведения сугубо-личного характера, о члене КПРФ, помощнике депутата Оренбургского ЗакСоба Пузий В. П. Корсакове К. О. и об общественной активистке активно сочувствующей КПРФ, Павлюк Е. Б., и предоставлять данную информацию сотрудникам УБОПа.
   13. Утром 3 июня 2009 года к дому молодого активиста антифашистского движения москвича Сергея Квашнина-Самарина приехали сотрудника в штатском, которые сообщили, что они из Центра „Э“. Им не открыли дверь. Затем, когда он с отцом в полдень вышел из дома, он был похищен двумя сотрудниками в штатском, которые заковали его в наручники и отвезли в Коломну. Ему угрожали. В УВД г. Коломны его допрашивали по поводу событий на дискотеке 30 мая. После того, как его выпустили, его по выходе из управления вновь задержали и в наручниках отвезли в Колычевский районный отдел милиции. Затем его допросили в прокуратуре, после его отвезли в больницу у него – без предъявления постановления — взяли анализ крови. После кампании протеста Сергей был освобожден.
14. 8 июня на дом к санкт-петербургскому правозащитнику Максиму Иванцову, активисту движения „Оборона“ и организации „Солдатские матери“ в семь утра приехала опергруппа Центра „Э“ (экстремизм) ГУВД Санкт-Петербурга вместе с дознавателем. Проведя обыск у Иванцова, сотрудники правоохранительных органов изъяли у него различные материалы, касающиеся его правозащитной деятельности, кассету с антифашистским фильмом  „Россия 88“, а так же милиционеры обнаружили нелицензионную копию Windows. Официальная причина обыска — оперативно-следственные мероприятия, проводимые по уголовному делу одной из активисток „Обороны“, нарисовавшей на российском триколоре свастику. Следствие располагало неподтверждённой информацией, что Иванцов помогал скрываться этой активистке. Сам Иванцов связывает обыски и другие меры, принимаемые в отношение его властью, с правозащитной деятельностью, а так же с устроенной им кампанией против беспредела милиции. Летом 2008 г. Иванцов был уволен из гимназии им. Адама Мицкевича за участие в акции „Обороны“, проходившей возле Комитета по Образованию Правительства Санкт-Петербурга, а так же за комментарий, данный одному печатному СМИ после акции.
15. Утром 13 мая 2009 года на утренней прогулке с дочерью был жестоко, с применением силы и болевых приемов задержан сотрудниками Екатеринбургского Центра „Э“ известный правозащитник, создателя фильма „Фабрика пыток, или Педагогический опыт“,  руководитель СРОО „Правовая основа“, член Общественной наблюдательной комиссии по контролю за местами заключения в Свердловской области Алексей Вениаминович Соколов. При задержание было брошена на землю его двухлетняя дочь, на улице пытались обыскать его жену. А. В. Соколова обвинили – по показаниям осужденных – в участии в ограблении электросварочной фирмы. Он был арестован.
16. В мае 2006 г. член Общественной комиссии по расследованию событий у села Мискинджи 26 апреля 2006 г. журналистка Анна Политковская получила от главы Докузпаринского района Республики Дагестан ксерокопию циркуляра, якобы принадлежащий министру внутренних дел Р. Г. Нургалиеву (прилагается). Согласно этому циркуляру ООД „За права человека“ относится к „экстремистским“ организациям. Возможным следствием этого нахождения в „списках экстремистов“ стало то, что в мае 2007 г., под предлогом проверки подлинности авиабилетов, Л. А. Пономарев был задержан милицией в аэропорту „Шереметьево“ при попытке вылета в Нижний Новгород, а июле 2008 г. Л. А. Пономарев был незаконно задержан — „для профилактики“ — в аэропорту Минводы.  Позднее задержание в Минводах было признано незаконным.

17. „Новая газета“ № 29 (выпуск Санкт-Петербург) Сыск по телефону
Силовики обзванивают оппозицию с предложением сфотографироваться на память и оставить отпечатки пальцев
В последние недели питерская милиция начала обзванивать оппозиционеров — как партийцев, так и общественников. Одних опрашивают по телефону, других настойчиво „приглашают на беседы“, к третьим являются домой. Вопросы не отличаются оригинальностью: в каких партиях или движениях они состоят и чем собираются заниматься во время майских праздников и предстоящего в начале июня Экономического форума. И еще предлагают подписать письма, где говорится о предупреждении об ответственности за экстремистскую деятельность.
 „Мне позвонила, как впоследствии выяснилось, оперативная сотрудница уголовного розыска, — рассказывает член бюро питерского „Яблока“ Борис Шаров. — Спрашивала, в какой организации состою, где буду находиться во время майских праздников и Экономического форума. Сказала: „Вы не хотите с нами сотрудничать? А вдруг вас задержат?“ Я ответил: „Где я буду — это мое личное дело, есть 51-я статья Конституции о том, что никто не обязан свидетельствовать против себя“. Меня однажды задерживали, но факт задержания (притом что суд оказался впоследствии в мою пользу) — еще не основание для того, чтобы меня выспрашивать, где я состою и что буду делать“. По словам Шарова, его приглашали на беседу — он не пошел, заявив, что если у милиции есть необходимость его вызывать, пусть это делают официально, повесткой. С тем же самым столкнулись другие яблочники — Антон Морозов и Андрей Скоркин, а к Андрею Борисову за этим и вовсе пришли домой. Элине Токаревич позвонила участковая 41-го отдела милиции Фрунзенского РУВД Егорова и сообщила, что та значится в неких „списках ГУВД“ как „человек, занимающийся экстремистской деятельностью“, что она должна явиться в уголовный розыск, где ее сфотографируют и снимут отпечатки пальцев.
Заметим: по закону о милиции это можно делать лишь для „подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, подвергнутых административному аресту, а также лиц, в отношении которых имеется повод к возбуждению дела об административном правонарушении при невозможности установления их личности“. Токаревич никогда не привлекалась ни к уголовной, ни к административной ответственности, но участковая заявила, что „сейчас со всех снимают отпечатки пальцев и фотографируют“ и что в случае неявки Токаревич сотрудник уголовного розыска придет к ней домой.
В ответ Элина написала заявление в прокуратуру Фрунзенского района с просьбой разъяснить, на какие списки „граждан, занимающихся экстремистской деятельностью“ ссылается участковый Егорова и на каком основании граждан заносят в них. Ответ будет получить крайне интересно — тем более что о наличии списков говорили не только Токаревич. Так, жительница Васильевского острова и постоянная участница протестных акций оппозиции Лариса Британишская на прошлой неделе направила заявление начальнику Василеостровского РУВД Николаю Дуванскому. 16 апреля ей позвонил оперуполномоченный уголовного розыска из 60-го отдела милиции Евгений Евтух и начал интересоваться, состоит ли она в каких-либо партиях или движениях — к примеру, в ОГФ. На естественный вопрос о том, на каком основании он это делает, милиционер ответил, что ему „дан список людей“, в котором, в частности, указана и ее фамилия. Кто составил список и его подписал — он не знает, но документ, по словам Евтух, поступил „от руководства уголовного розыска РУВД Василеостровского района“.
„Прошу дать мне письменный ответ на следующие вопросы: на каком основании составлялся список людей, кем он составлялся, по какому поводу, и является ли тот факт, что человек состоит в какой-либо иной партии, кроме партии власти или ином движении, кроме движения „Наши“, преступлением“, — пишет Британишская. Также она просит «дать правовую оценку указанным противоправным действиям сотрудников УВД, связанным с нарушением ее конституционного права на частную жизнь. С вопросом о правовой оценке указанных звонков и вызовов на беседы, а также о наличии у ГУВД упомянутых списков мы обратились к руководителю пресс-службы ГУВД Вячеславу Степченко, который любезно обещал ответить на этот вопрос в понедельник. О чем „Новая“ незамедлительно оповестит своих читателей. Как и об ответе, который должен будет прийти из ГУВД и прокуратуры, куда обратилось питерское „Яблоко“, задавая аналогичные вопросы…   Наконец, еще более примечательная история произошла с координатором движения „Живой город“ Юлией Минутиной, которую пригласили побеседовать по душам уже не в милицию, а в ФСБ. Там весьма молодой сотрудник долго и красочно рассказывал ей, как „Яблоко“, мол, отрабатывает американские деньги, используя для пиара таких вот наивных детей, как члены „Живого города“. При этом „Яблоко“ он перечислял через запятую с нацболами, и почему-то еще с „Русским национальным единством“, предостерегая, что эта оппозиционная партия „очень опасна“.  Хочется спросить у руководства ФСБ: если оно точно знает, что яблочники финансируются на „американские деньги“ — почему не реагирует, ведь закон запрещает партиям принимать иностранные пожертвования? А если доказательств у чекистов нет — выходит, они голословно обвиняют партию в нарушении закона?
Впрочем, гипотеза о том, что за любой оппозиционной деятельностью стоит враждебный Запад, традиционна для российских властей путинской (как и советской) эпохи. Предположить, что граждане могут возмущаться политикой властей бесплатно, они не могут. Видимо, судят по себе.
Борис ВИШНЕВСКИЙ